Гипноз – это инструмент психотерапевтического вмешательства, который может обеспечить более быстрый и эффективный результат психологических, физиологических и стоматологических процедур. Его также можно выгодно использовать в работе со свидетелями, потерпевшими и обвиняемыми в криминалистических и следственных целях в качестве средства по сбору информации.

Как и с любым другим инструментом, его использование имеет некоторые риски. Поскольку их нельзя полностью избежать, в этой статье будут рассмотрены некоторые способы минимизации рисков, непреднамеренных неблагоприятных или негативных последствий, потенциально возможных при применении гипноза. Базовые сведения по управлению рисками медицинского и судебного гипноза рассматриваются в качестве основы для начинающих и в форме обзора для опытных практиков.

Также обсуждаются различные простые меры предосторожности, которые должны соблюдаться всеми гипнотерапевтами. Учитывая, что эффективный гипноз предполагает сопереживание пациенту, практикующий должен обращать внимание на то, как выстраиваются и контролируются отношения с клиентом.

Управление рисками

Квалифицированные, компетентно обученные и имеющие соответствующую лицензию медицинские сотрудники могут использовать гипноз для облегчения лечебных, стоматологических, хирургических, психологических и оздоровительных процедур и вмешательств, судебных расследований и научных исследований. Как и в большинстве медицинских манипуляций, использование гипноза имеет свои риски.

В любой человеческой деятельности, включая лечение физических, психических и эмоциональных проблем, нельзя полностью избежать рисков, но могут быть предприняты конструктивные действия, чтобы свести к минимуму их возникновение и предупредить нежелательные последствия. Управление рисками требует высокого уровня знаний, компетентности, адекватных практических навыков, соответствующего опыта и позитивного отношения.

Исследователи гипноза за последние 150 лет зафиксировали многочисленные случаи немедленных и отсроченных негативных последствий гипноза (Brentar&Lynn, 1988; Ewin, 1989; 2008; Frischholz&Scheflin, 2009; Gruzelier, 2000; Hilgard, 1986; Kluft, 2012a; Machovec, 1986; 1988; Weitzenhoffer, 2000). Основываясь на клиническом опыте и наблюдениях, автор курса преследует цель – обсудить практику гипноза в медицинских, психологических и судебно-медицинских учреждениях, дать рекомендации по минимизации вероятности возникновения наиболее распространенных непреднамеренных и неблагоприятных последствий, негативных побочных эффектов гипноза.

Подробный или всесторонний научный обзор значительной части литературы по этой теме выходит за рамки данного курса. Заинтересованный читатель может получить информацию из иных научных источников. Учитывая большое расхождение в уровне и качестве подготовки медицинских работников, которые используют гипноз в конкретных дисциплинах (например, психология, медицина, уход за больными, стоматология, клиническая социальная работа, зависимости), в этом обзоре будут рассмотрены основные принцы управления рисками в клиническом и судебном гипнозе.

Общая информация о гипнозе

При клиническом использовании гипнотический транс является особым состоянием обучения и расслабленного внимания, повышенной внушаемости, контролируемых мечтаний и воображения. Любой, кто может зафиксировать внимание, следовать инструкциям и мечтать, способен испытать транс. Клиент должен просто думать и представлять то, что предлагает гипнотерапевт, до приемлемых для него границ.

Одна вещь, которая, скорее всего, будет мешать пациенту погрузиться в транс – это, если он слишком старается, а не просто позволяет чему-то случиться (Ewin, 2009). Если гипнотерапевт говорит что-то, что «не подходит» пациенту или вызывает дискомфорт, то человек может либо проигнорировать это, либо изменить это в своем собственном уме на приемлемые фразы.

Гипнотический транс – это естественное явление измененного состояния. Мы все естественным образом входим и выходим из гипноидальных и гипнотических состояний каждый день.Клинический гипноз – это состояние сосредоточенного внимания и повышенной внушаемости для полезных терапевтических предложений, и, при необходимости, особого качества общения и взаимопонимания, при котором пациент становится более гармоничным со своими внутренними чувствами и более способным использовать имеющиеся ресурсы для достижения реалистичных эмоциональных и поведенческих целей.

Выбор войти в гипноз и стать внушаемым (то есть восприимчивым к предложениям об изменениях) является личным решением пациента.Никто не может быть заставлен делать то, что он считает нежелательным, с помощью гипноза, и техники гипноза не являются сывороткой правды.

Гипноз, по сути – это самогипноз, а терапевт – просто посредник. Любой, кто хочет быть загипнотизированным, может испытывать гипноз, если он способен сосредоточиться и поддерживать свое внимание, не испытывает страха и является полноценным партнером в гипнотерапии.

Если клиницист использует прикосновения в качестве своих методов, важно, чтобы он объяснил, куда именно он будет прикасаться во время сеанса (например, к кисти руки, плечу, голове) и по какой причине. По мнению автора, для терапевта важно получить разрешение клиента, прежде чем приступить к манипуляциям. Если пациент не хочет, чтобы его трогали, врачу лучше использовать иную технику.

Побочные эффекты гипноза

Gruzelier (2000) написал масштабный обзор о побочных эффектах экспериментального, клинического и эстрадного. Gruzelier, как и ранееMachovec (1986; 1988), выявил возможные негативные побочные эффекты при использовании гипноза в каждом из трех условий – экспериментальном тестировании, клинической практике и сценическом исполнении. Обзор этой литературы, а также Kleinhauz&Eli (1987) и Kluft (2012) показывает, что гипноз не является беспроблемным. Однако большинство побочных эффектов незначительны и преходящие, но некоторые из них серьезны и продолжительны.

Кроме того, во время транса клиент не всегда чувствует себя хорошо. Однако многие загипнотизированные объекты, испытывающие серьезные побочные эффекты, не обнаруживают явных признаков дистресса. Таким образом, при использовании гипноза врач должен уделять пристальное внимание поведенческим проявлениям внутренних реакций пациента, устанавливать обратную связь с ним, компетентно помогать ему справляться с любыми возникающими негативными эффектами, чтобы минимизировать вероятность немедленных и отсроченных, а также устойчивых отрицательных результатов.

Несмотря на то, что введение в транс влечет за собой использование внушений, не само по себе гипнотическое состояние способствует терапевтическим изменениям и исцелению, а именно воздействие предложений до, на протяжении, после транса, индуцируется в контексте развивающиеся отношения между врачом и пациентом. Zarren и Eimer(2002) рассказывают о процессе рефрейминга (перестройки) бодрствующего состояния перед тем, как вызвать транс, направленным на то, чтобы добиться взаимопонимания, способствовать положительным ожиданиям пациента, подготовить его к переживанию транса и инициировать процесс терапевтических изменений.

Как только положительные отношения были установлены (Kirsch, 1994; 2000; Lynn&Kirsch, 2006), ритуал погружения в транс служит для усиления позитивных ожиданий пациента, создавая у него уверенность, что происходит нечто иное и более сильное, чем обычный разговор (Zarren&Eimer, 2002). Прочный контакт врача и клиента способствует продвижению уже начавшегося процесса адаптации к изменению поведения, чувств и убеждений, а также повышает восприимчивость пациента к терапевтическим рекомендациям специалиста.

Существует множество способов вызвать гипнотический транс у человека. Что общего у большинства методов погружения, так это то, что гипнотизер побуждает объекта следовать его указаниям, фокусировать внимание, выключать или смягчать сознательную логику, временно приостанавливать критичность, чтобы представить себя реальным субъектом – таким, каким предлагает видеть врач (Eimer, 2008; Eimer&Freeman, 1998; Ewin, 2009; Ewin&Eimer, 2006; Graham&Evans, 1977; Spiegel&Spiegel, 2004; Weitzenhoffer, 2000; Yapko, 2012; Zarren&Eimer, 2002).

В клинических условиях для того, чтобы гипнотерапевт успешно вызвал транс у желающего, этот пациент должен чувствовать себя в достаточной безопасности, чтобы что-то произошло. Если человек не доверяет или чувствует себя недостаточно комфортно с врачом, если он по-прежнему боится последствий перехода в измененное состояние сознания, то он вряд ли будут чувствовать себя в достаточной безопасности, чтобы позволить себе быть некритичным и восприимчивым к указаниям гипнотизера.

Вышесказанное также означает необходимость отсутствия у пациента страха, что важно для того, чтобы врач смог заставить клиента действовать как-то или чувствовать что-то, что недостаточно для него безопасно. Не менее важно, чтобы человек был уверен в навыках, способностях, благих намерениях и профессионализме гипнотерапевта (Ewin&Eimer, 2006; Zarren&Eimer, 2002). В конечном счете, практика клинического и судебного гипноза представляет собой серию операций, основанных на доверии. Если и гипнотизер, и клиент не уверены в том, что происходит и что произойдет, то, скорее всего, не будет действительно эффективной терапевтической операции (Hunter&Eimer, 2012).

Всегда существует риск того, что любая техника введения в транс и форма внушения может вызвать тревожные ассоциации, мысли, чувства у пациента, когда воспоминания о былой психотравме активированы,так что опыт его трансового состояния непреднамеренно превращается в неприятный сон или в кошмар. В любой клинической или криминалистической ситуации компетентность гипнотерапевта необходима, чтобы помочь клиенту пройти через повторное переживание ситуации без травмирования.

То, что компетентный клиницист делает для достижения этой цели, зависит от медико-санитарной дисциплины (например, психологии, медицины, стоматологии, ухода за больными), цели сеанса/посещения (например, психотерапии, гипнотерапии, гипноза для стоматологических манипуляций или подготовки к операции), личного мнения об этом конкретном случае. Врач должен решить, что именно необходимо для облегчения обработки пациентом нового материала или переосмысления старого опыта.

В клинических или криминалистических условиях негативные последствия более вероятны, если гипноз используется ненадлежащим образом или неадекватно обученными медицинскими работниками, которые не руководствуются здравым смыслом и не соблюдают надлежащие меры предосторожности (Brentar&Lynn, 1988; Hambleton, 2002; Kleinhauz&Eli, 1987; Machovec, 1986; 1988; Yapko, 2012).

транс и гипноз

Минимизация рисков

Риски непреднамеренных негативных последствий сводятся к минимуму, когда адекватно обученный, компетентный и этичный гипнотерапевт делает следующее:

  • обеспечивает благополучие пациента;
  • признает ограничения гипноза;
  • использует гипноз в подходящей обстановке.
  • применяет гипноз для людей, которым он подходит;
  • использует гипноз с пациентами, которых он может лечить;
  • проводит адекватную оценку уместности гипноза;
  • получает информированное согласие от пациента или опекуна;
  • проводит предварительный разговор о гипнозе перед сеансами;
  • формулирует описание случая и разрабатывает соответствующий план лечения;
  • реализует план лечения надлежащим образом на основе плана;
  • соответствующим образом интегрирует гипноз в план лечения;
  • применяет соответствующие меры предосторожности, когда гипноз используется для обновления памяти;
  • удостоверяется, что была проведена адекватная медицинская работа, прежде чем использовать гипноз для контроля над болью;
  • тщательно выбирает слова;
  • основное внимание уделяется как облегчению симптомов, так и психодинамическим и личностным корням проблемы;
  • при необходимости устанавливает конечную точку действия внушений;
  • полноценно выводит из транса.

Обеспечение благополучия клиента

Некоторые терапевты используют гипноз в эгоистичных целях, таких как соблазнение пациента, или для удовлетворения своих собственных нарциссических потребностей, которые они признают сильными и важными. Опасности сексуального домогательства описаны Scheflin (2011). Примерно тридцать уголовных дел в Соединенных Штатах были связаны с заявлениями об интимных отношениях, совершенных под гипнотическим принуждением. В СМИ часто появляются статьи на эту тему (Bowling, 2010). Когда терапевты отдают приоритет удовлетворению своих собственных нарциссических потребностей, они создают вероятность причинения вреда своим клиентам.

Признание ограничений гипноза

Дополнительная опасность возникает, когда гипнотерапевты считают гипноз универсальным лекарством от всех проблем и используют его при каждом случае. Или же гипнотизер искренне верит в то, что все, что он делает, является «гипнотическим», и что гипноз обладает магическими лечебными возможностями. Гипноз является мощным способом воздействия и должен использоваться с особой осторожностью. Даже Фрейд настолько боялся его силы, что решил полностью отказаться от его использования (Черток и Соссюр, 1979).

На самом деле гипноз – это инструмент, который не подходит для всех состояний. Клиницисты, действующие исходя из убеждения, что решением любой проблемы является гипноз, обобщают каждый уникальный случай. Эту ситуацию точно подметил Абрахам Маслоу (1966), заявив: «Я полагаю, это заманчиво, если единственный инструмент, который у вас есть, это молоток. Поэтому вы относитесь ко всему, как к гвоздю».

Использование гипноза только в подходящих случаях

Для медицинских работников неуместно и неэтично использовать гипноз в социальных ситуациях, отличных от четко определенных клинических, образовательных (учебных), криминалистических и исследовательских условий с документированным подтверждением согласия пациента. Как указано в Этическом кодексе поведения Американского общества клинического гипноза (2012), «члены ASCH не используют, не одобряют и не содействуют в использовании гипноза в развлекательных целях». Кроме того, основополагающие постулаты говорят: «Когда участники сеанса появляются на публичных форумах, например, на телевидении или в каком-либо другом электронном формате, они заботятся о том, чтобы любая демонстрация гипноза проводилась таким образом, чтобы предотвратить или минимизировать риск для неизвестных участников аудитории». Например, когда демонстрация видеозаписи показывается по телевизору, гипнотерапевт принимает меры, гарантирующие, чтобы все звуковое сопровождение фаз индукции и углубления было приглушено.

Наиболее высокая вероятность неблагоприятных возникает, когда введение в транс проводится с людьми, которым гипноз обычно противопоказан, или, когда создается контекст, активирующий в объекте негативное состояние, поведение, физические реакции, такие как: паника, тревожность, стыд, смущение, бред, чувство потери контроля над собой, неконтролируемая диссоциация личности, опасные истерические реакции (Ewin, 2008; Frischholz&Scheflin, 2009; Heap, 1995).

В процессе и после показа эстрадного гипноза могут пострадать зрители, а также добровольцы на сцене, так как нет полного контроля над теми, кто наблюдает шоу в зале или проведена недостаточная оценка выбранных волонтеров. У некоторых зрителей и добровольцев могут возникнуть истерические реакции. У других могут развиться неприятные аффективные состояния. У третьих – вторжение травмирующих воспоминаний или диссоциативные реакции. Если во время представления объект добровольно предложил конфиденциальную личную информацию, это может привести к выраженному стыду и смущению, связанным с неразрешенными внутренними конфликтами, обострившимся во время гипнотического опыта (Kleinhauz и др., 1979).

Было много сообщений о трансовом состоянии, вызывающим заметные негативные реакции, как психологические, так и физиологические, немедленные и отсроченные, краткосрочные и долгосрочные (Ewin, 2008; Frischholz&Scheflin, 2009; Gruzelier, 2000; Heap, 1995). Поэтому Американское общество клинического гипноза и Общество клинического и экспериментального гипноза не одобряют использование гипноза в развлекательных целях.

Определение неподходящих случаев и времени для гипноза

Ответственные профессиональные гипнологи не пытаются загипнотизировать кого-либо в условиях, где маловероятно, что может быть немедленно обеспечено и организовано соответствующее наблюдение. Например, в условиях семинара по гипнозу руководители должны быть бдительными и должны быть готовы оказать необходимую помощь, если участник испытывает проблемную реакцию (Kluft, 2012). Руководители должны получить соответствующее согласие от участников семинара до того, как они приступят к упражнениям или станут наблюдать за демонстрациями гипноза. Участникам семинара должен быть предоставлен выбор, участвовать или нет в качестве испытуемого объекта в упражнениях по гипнозу. Они также должны быть заранее предупреждены перед просмотром любых видеозаписей демонстраций гипноза, которые содержат значительный негативный материал.В любой клинической обстановке врач должен выполнить соответствующую оценку контекста, прежде чем получить необходимое согласие клиента. Аналогично, в условиях мастер-класса по гипнозу следует всегда получать устное согласие всех действующих лиц.

По мнению автора, есть определенные категории лиц, которые не должны быть загипнотизированы(MacHovec, 1986; Meares, 1961; Yapko, 2012; Zarren&Eimer, 2002). К таким категориям относятся люди с явно параноидальным, активно психотическим, шизофреническим, четко пограничным, заметно диссоциативным и определенно нестабильным медицинским состоянием (Wain, Amen, &Oetgen, 1984). Применение гипноза к таким людям несет значительный риск того, что они испытают острую или отсроченную психологическую травму, что приведет к отягощению их проблемы.

Конкретные обстоятельства, при которых гипноз может быть применен для таких лиц, с надлежащим медицинским разрешением и осознанным согласием, включают в себя доверительный рабочий терапевтический альянс в кабинете психотерапии, в безопасной обстановке психиатрической больницы или для законных исследований и в судебных целях. В руках врачей, компетентных в лечении пациентов с высоким риском, например, пациенты с психозами и диссоциативными расстройствами, гипноз может значительно улучшить лечение, когда он надлежащим образом, компетентно и деликатно интегрирован в терапию (Hodge, 1988; Kluft, 1982; 1985; Watkins&Watkins, 1997).

По мнению автора, люди, которые находятся в состоянии острого алкогольного опьянения, или под воздействием наркотиков никогда не должны быть погружены в гипнотический транс ни при каких обстоятельствах, поскольку гипнотический контекст может еще больше снизить их сознательный запрет на участие в неподобающем, опасном и разрушительном поведении. Кроме того, учитывая сниженную остроту их ума и затуманенное сознание, гипноз вряд ли будет полезен. Чтобы гипноз стал эффективным инструментом лечения или судебно-медицинской экспертизы, объект должен находиться в состоянии восприимчивого обучения, уметь понимать инструкции, фокусироваться и поддерживать внимание, а также полноценно общаться с гипнологом.

Учитывая вышесказанное, автор считает, что не рекомендуется использовать гипноз к особом, у которых нет достаточных интеллектуальных способностей, чтобы понять, что такое гипноз, чем он не является, каковы его ограничения (Hunter, 2010; Yapko, 2012). Наиболее вероятный благоприятный результат состоит в том, что такой объект просто не сможет удержать внимание достаточное время, чтобы войти в гипнотическое состояние.Однако существует и возможное неблагоприятное последствие, что такой пациент будет неправильно понимать предложения гипнотизера и действовать небезопасно.

Основываясь на клиническом опыте, дети, подростки и взрослые клиенты с нарушением способностей к обучению, проблемами контроля над импульсивностью, синдромом дефицита внимания и легкой умственной отсталостью могут иногда получать пользу от прямого внушения при гипнозе и обучения самогипнозу для решения таких задач, как расслабление, управление тревожностью, контроль внимания и импульсивный контроль (Kohen&Olness, 2011). Тем не менее, гипноз не должен использоваться в этих случаях с детьми, подростками или взрослыми, которые находятся под опекой, без предварительного согласия компетентного законного опекуна.

Есть также много пожилых пациентов, которые могут извлечь выгоду из гипноза для облегчения боли, лечения депрессии и управления тревожностью, чья способность дать согласие подорвана из-за физической слабости, легкой деменции, устного или письменного речевого дефицита. В таких случаях согласие должно быть получено от компетентного законного опекуна.

По мнению автора, важно проявлять осторожность, прежде чем использовать гипноз с людьми, которые четко демонстрируют социопатические черты личности, у которых было диагностировано антисоциальное расстройство личности, если только соответствующая оценка не приводит клинициста к выводу, что гипноз необходим для конкретного терапевтического или судебно-медицинского назначения. Проведение гипнотической работы с такими людьми может создать приемлемое для них оправдание неуместного поведения. Таким образом, правильная оценка в соответствующих условиях является обязательным.

В большинстве случаев, гипнотерапевты не должны использовать гипноз с пациентами, которых лично они не считают нужным и допустимым лечить иначе. Гипноз – это не панацея. Тем не менее, существуют определенные состояния, при которых гипнотерапия является наилучшим вариантом лечения, когда все другие формы терапии не дают достаточно благоприятных результатов. Например, шум в ушах – общеизвестное трудное состояние для эффективного лечения. Во многих случаях нет конкретных способов лечения шума в ушах. Он может просто исчезнуть сам по себе, или это может быть постоянная инвалидность, с которой пациенту придется «жить». Гипноз может быть ценным средством для некоторых таких людей (Marlowe, 1973; Mason&Rogerson, 1995).

В большинстве случаев вероятность эффективности гипноза зависит от оценки компетентным гипнотерапевтом личностных ресурсов пациента и его внутренних сильных сторон (Frederick&McNeal, 1998), проведении идентификации опыта и качеств, которые имеют прямое отношение к достижению целей лечения (медицинского, стоматологического или психологического).

заикание психосоматика

Гипноз – не детектор лжи и не сыворотка правды

Гипноз – это не полиграф. В большинстве клинических и судебно-медицинских учреждений, в том числе в области психического здоровья, нецелесообразно использовать гипноз в качестве инструмента для выявления обмана или лжи. Люди, находящиеся в трансе, могут лгать и скрывать информацию (Cheek, 1993; Hammond и др., 1995; Scheflin&Shapiro, 1989; Yapko, 2012).

Иногда гипнотерапевту поступают телефонные звонки от людей, которые хотят провести сеанс для себя или для партнера, чтобы узнать, был ли другой неверным (то есть, «обманывал»). По мнению автора, никогда не следует соглашаться использовать гипноз для этой цели. Такие люди нуждаются в компетентном психологическом консультировании пар, иногда – индивидуальной терапии, а в некоторых случаях – помощи частного детектива.

На протяжении многих лет к автору также обращались люди, которые хотели быть погруженными в транс, чтобы выяснить, подвергались ли они сексуальному насилию в детстве. Такие клиенты нуждаются в просвещении и образовании. Им необходимо понять, что гипноз можно использовать как инструмент для «освежения» воспоминаний, но не как средство для окончательного раскрытия правды о том, что действительно произошло в прошлом (Brown, Scheflin&Hammond, 1998; Hammond, 1995).

Это потому, что человеческая память не работает как магнитофон или СД-проигрыватель. Память – это реконструктивно-познавательный и эмоциональный процесс. Эпизодические и постоянные воспоминания содержат много преобразований. Характер этих реконструкций зависит от когнитивного и эмоционального состояния человека. Существует разница между тем, какие данные были восприняты и закодированы в память, и тем, как исходный опыт был преобразован в последующие воспоминания (Brown, Scheflin&Hammond, 1998).

Многие гипнотерапевты подтверждают убеждения клиентов в том, что гипноз способен извлечь из их памяти только правдивую и точную информацию (Geiselman&Machlovitz, 1987). Гипноз может облегчить, а в некоторых случаях улучшить процесс воспроизведения, но точность полученного материала может быть определена только путем независимого подтверждения и проверки (Scheflin&Shapiro, 1989). Клиницист должен объяснить клиенту, что никакая техника, улучшающая память, включая гипноз, не может гарантировать правдивость воспоминаний. Последствия отсутствия такой предостерегающей инструкции могут состоять в том, что против невинных людей будут выдвинуты ложные обвинения, а страдания пациента усилятся (Brown, Scheflin&Hammond, 1998). Ценность любой информации, которая была воспроизведена посредством гипноза, лучше всего определяется объективной проверкой, подтверждающей, что доступ к памяти был полным (Hibler&Scheflin, 2012, Wester&Hammond, 2011).

Меры предосторожности при применении гипноза для обновления памяти

По опыту автора, одна из самых больших ловушек, в которую могут попасть профессионалы в области психического здоровья, при проведении сеансов гипноанализа и гипнотической регрессии, является ненадлежащее сопровождение пациента (Hunter&Eimer, 2012). Это происходит, когда специалист формирует предвзятое мнение о причине проблем клиента перед его гипнотизацией, а затем приступает к использованию методов регрессии для подтверждения этого мнения. Неуместное сопровождение является основной причиной того, что называют «синдромом ложной памяти» (Brown, Scheflin&Hammond, 1998; Scheflin&Shapiro, 1989).

Наводящие предложения не являются проблемой, специфичной исключительно для гипноза. В любом высказывании уточняющие вопросы или однозначные утверждения могут исказить воспоминания (Brown, Scheflin&Hammond, 1998). Вопросы, подразумевающие очевидный однозначный ответ, могут заставить пациента поверить в ложное утверждение, как в свершившийся факт.

Неуместного сопровождения можно избежать, задавая открытые вопросы и используя надлежащим образом идеомоторные сигналы при гипнозе (Ewin&Eimer, 2006). Это также можно предупредить, если специалист проведет качественную предварительную беседу о гипнозе, в которой обсуждаются ограничения метода как инструмента освежения памяти и осознает необходимость соблюдения нейтралитета со стороны терапевта (Hunter&Eimer, 2012; Page&Handley, 1993).

Когда человек действительно находится в гипнотическом трансе, он легко внушаем. Поэтому во время сеанса гипнотической регрессии хорошо продуманные комментарии терапевта, словесно выражающие сочувствие (например, «этот маленький мальчик должен злиться», «папа пугает тебя», «маленькая девочка хочет убежать») или выражающие предвзятое мнение (например, «твой папа нуждается в тебе, потому что мама не уделяет папе никакого внимания»), могут быть приняты пациентом не критически и станут «вживленными» конструкциями. Такие неуместные комментарии могут непреднамеренно привести к созданию ложных воспоминаний, и пациент приобретет убеждения в том, что что-то произошло, что он проделал определенный путь, что что-то случилось по конкретной причине, когда на самом деле это не соответствует действительности. С другой стороны, плохо сформулированные вопросы и предложения могут затенить или подавить сообщение пациента о жестоком обращении, которое действительно имело место.

Хотя результаты неуместных, наводящих и плохо сформулированных вопросов и предложений могут быть безвредными, они также способны зафиксировать установки, скрыть или подавить сообщения, что приведет к дисгармонии в семье и разрушению жизни. В криминалистическом и следственном гипнозе неуместное сопровождение клиента во время допросов под гипнозом может «загрязнить» воспоминания и привести к тому, что показания свидетеля будут признаны недопустимыми в суде (Scheflin, 2012; Scheflin&Shapiro, 1989; Brown, Scheflin&Hammond, 1998; Wester&Hammond, 2011). При клиническом гипнозе в психиатрических учреждениях запутывание или подавление сообщений пациента могут подорвать его доверие к врачу и разрушить целостность рабочих отношений.

В криминалистических и следственных контекстах гипноз следует использовать только в тех случаях, когда существует вероятность независимого подтверждения полученного материала (Hibler&Scheflin, 2012; Scheflin&Shapiro, 1989; Wester&Hamond, 2011). Криминалистический гипноз – это исследовательский инструмент для получения информации, который дает возможность узнать правду и раскрыть уголовное дело. Однако он не должен включать побуждение клиента к придумыванию конкретных воспоминаний ни в предгипнотическом, ни в гипнотическом интервью. Для этого предусмотрены стандартные процедуры, которые включают видеозапись всех контактов с объектом, предназначенные, чтобы можно было просмотреть содержание этих интервью в реальном времени (Hibler&Scheflin, 2012; Scheflin, 2012; Wester&Hammond, 2011). Для практикующего специалиста важно знать законы, регулирующие использование гипноза, и понимать допустимость показаний загипнотизированного клиента в суде. (Hibler&Scheflin, 2012).

Если не соблюдаются принятые стандартизированные процедуры, имеет место неправильное ведение клиента, это может подорвать целостность и точность оценочных усилий присутствующего эксперта (Brown, Scheflin&&Hammond, 1998; Scheflin, 2012; Scheflin&Shapiro, 1989). Соответственно, ценные показания могут быть признаны недопустимыми в качестве доказательств, что создаст препятствия для освобождения невиновных, задержания и наказания виновных (Scheflin, 2012).

Проведение адекватной оценки необходимости вмешательства

В каждой области здравоохранения любое вмешательство должно иметь хорошо продуманное обоснование. В области психотерапии необходимо выполнить соответствующую начальную оценку пациента, чтобы сформулировать адекватное описание случая. Это формирует основу для плана лечения, который индивидуален для пациента. История пациента должна быть обновлена ​​по мере получения большего количества данных в последующих контактах с ним (Alladin, 2007, 2008; Beck, 2011; Kuyken, Padesky&Dudley, 2011; Zarren&Eimer, 2002). Оценка случая должна сформировать обоснование для использования гипноза в качестве инструмента лечения (Zarren&Eimer, 2002).

Невыполнение адекватной оценки может привести к тому, что врач пропустит важные детали и использует стандартный подход при лечении. Такое происходит, когда сценарии погружения и внушения жестко формулируются на основе симптомов и жалоб пациента, игнорируя при этом индивидуальные различия.

По мнению автора, важные индивидуальные отличия клиента, которые следует оценивать и принимать во внимание при разработке плана лечения, включают:

  • ожидания и цели пациента, мотивация;
  • личную история, любой опыт психотравмы;
  • уровень интеллекта, образование;
  • речевые способности и коммуникативные навыки;
  • культурные различия;
  • степень внушаемости и гипнотизируемости;
  • предыдущий опыт гипноза и представления о том, что такое гипноз;
  • способность сосредоточиться и поддерживать внимание;
  • личностные особенности и общее состояние здоровья;
  • уровень тревожности;
  • состояние настроения;
  • готовность к сотрудничеству и инвестициям в процесс лечения;
  • потенциально полезные уникальные навыки;
  • вероятные корни проблем.

По мнению автора, негативные последствия использования стандартного подхода, который не учитывает индивидуальных различий, включают пропуск важных деталей. Это препятствует достижению хорошего взаимопонимания и позитивного рабочего альянса. Соответственно, врач не может извлечь выгоду из позитивных ожиданий пациента и его уникального полезного опыта. Это обуславливает невозможность формулирования надлежащей и эффективной стратегии лечения и регулярного ее обновления. Все это может привести к тому, что состояние пациента останется без изменений.

Получение информированного согласия на сеанс гипноза

Очень важно получить согласие пациентов на проведение оценок и проведение лечения, прежде чем приступить к терапии. Это в равной степени относится к гипнозу как инструменту лечения (Frischholz, 2001; Hammond, Scheflin&Vermetten, 2001; Lynn, 2001). Четыре элемента информированного согласия:

  • оценка вменяемости и дееспособности пациента;
  • информирование пациента;
  • уверенность, что пациент понимает суть и последствия информирования;
  • получение от клиента добровольного согласия.

Прежде чем применять гипноз, врач должен определить тип гипнотического вмешательства, который был бы уместен с учетом проведенной оценки уровня когнитивной компетентности пациента. Затем врач должен определить, обладает ли пациент достаточной когнитивной способностью для информированного согласия. При недееспособности пациента,врач должен получить информированное согласие от его законного опекуна.

Далее, врач должен сообщить соответствующую информацию о гипнозе пациенту или опекунов понятных терминах и на доступном уровне. Презентация врача должна включать в себя информацию о рисках и преимуществах предлагаемого гипноза в данной конкретной ситуации.

Врач должен убедиться, что пациент или опекун действительно понимает только что полученную информацию, может сопоставить риски с выгодами.

Врач должен получить информированное добровольное согласие пациента или опекуна, по крайней мере, в устной форме. Это должно быть задокументировано в соответствующих записях. В зависимости от контекста, целесообразно рассмотреть необходимость оформления документа в письменной форме. Существует большое расхождение между критериями оформления информированного согласия в разных юрисдикциях (Frischholz, 2001; Hammond, etal 1995; Hammond, Scheflin&Vermetten, 2001).

Отсутствие соответствующей формы информированного согласия на гипноз может привести к неприятным сюрпризам как для пациента, так и для врача (Coe&Ryken, 1979; Frischholz, 2001; Lynn, 2001), а также к официальным жалобам, поданным против специалиста в контролирующие инстанции.

Пациенты могут не хотеть быть загипнотизированными по ряду причин. К ним относятся: страх потери контроля, отсутствие доверия, паранойя, религиозные убеждения, прошлые неудачные переживания, мифы и кривотолки. Это блоки должны быть рассмотрены и проработаны перед использованием гипноза.

Невозможность получить информированное согласие в клинических условиях может также привести к целому ряду неблагоприятных последствий различной степени тяжести (Coe&Ryken, 1979; Frischholz, 2001; Lynn, 2001), таких как: потеря доверия к врачу, обида пациента, неспособность погружения в транс, неудовлетворение потребностей пациента и ощущение им себя жертвой, повышение уровня тревоги, растерянность, неожиданные абреакции (моментальное отреагирование на повторную травму), ускорение диссоциативного эпизода.

Как было объяснено ранее, надлежащее получение информированного согласия на гипноз – процесс, включающий в себя нечто большее, чем просто чтение и подписание человеком соглашения. Тревога и страх по поводу предстоящей манипуляции, вероятно, не позволят пациенту погрузиться в транс или достаточно углубиться. Поэтому, прежде чем приступить к первому сеансу, важно, чтобы врач провел соответствующую беседу, правильно ориентировал клиента и настроил на гипноз. Этот разговор должен включать исправление неправильных представлений о гипнозе, определение его границ, поощрение позитивных, но реалистичных ожиданий пациента, устранение любых страхов, основанных на дезинформации или предыдущего негативного опыта.

Формулировка и реализация плана лечения

Изучение конкретного случая клинициста является основой для составления плана лечения, и именно сформулированный план должен направлять действия врача. Следует учитывать, что погружение в транс само по себе не является лечением. Это лишь средство для достижения цели. Лечение подразумевает то, как используется состояние транса, какие применяются стратегии(Spiegel, 2004).

По опыту автора, осложнения могут возникнуть, когда врачи используют гипноз, когда он не показан в конкретной ситуации, и когда он не вписывается в план лечения. Например, если пациент против использования гипноза, то он не должен применяться. Некоторые клиенты, вместо введения в транс, нуждаются в беседе, обучении, руководстве, тренировке или совете. Вопрос о том, должен ли гипноз включаться в план лечения, следует решать только после изучения конкретного случая.

Само собой разумеется, что тот факт, что пациент требует гипноза, не означает, что врач должен провести сеансы. В некоторых случаях мотив клиента может быть сомнительным. Также является плохой идеей использовать обман, чтобы проводить гипноз с пациентами, которые ему противостоят, или считать этот метод способом релаксационной терапии.

Использование гипноза при болевых синдромах

Необходимо убедиться, что пациент прошел соответствующее медицинское обследование, прежде чем использовать гипноз для уменьшения или ликвидации боли. Гипноз – это подтвержденный, основанный на доказательствах инструмент для лечения физической боли, как ее сенсорных, так и эмоциональных компонентов (Eimer&Freeman, 1998; Jensen, 2011; Patterson, 2010).

Гипнотические стратегии либо подавляют, изменяют, уменьшают или маскируют восприятие боли, либо воздействуют на основные эмоциональные и психологические факторы, поддерживающие боль (Eimer&Freeman, 1998). Если боль сигнализирует о наличии острого или прогрессирующего заболевания, требующего медицинской помощи, а этот сигнал игнорируется или подавляется, последствия для здоровья могут быть разрушительными. Одной из основных проблем во всем медицинском гипнозе является ненадлежащее блокирование восприятия стимулов от тела, указывающих на наличие проблемы (Eimer&Freeman, 1998; Wain, Amen&Oetgen, 1984). Таким образом, рекомендуется использовать гипнотические стратегии лечения боли только после того, как пациент будет надлежащим образом оценен и диагностирован.

Лицензированные специалисты в области психического здоровья имеют право лечить эмоциональные и поведенческие составляющие болевого синдрома. Врачи и стоматологи имеют право лечить физические аспекты. Гипноз может облегчить лечение всех этих аспектов (Eimer&Freeman, 1998).

Существует и другое потенциальное непреднамеренное последствие, которое может возникнуть в результате неправильного использования гипноза у пациентов с болью. Это связано с тем, что гипноз может зафиксировать идеи и предложения в сознании клиента. Если врач, использующий гипноз, непреднамеренно усиливает или не удаляет негативные предположения, которые человек усвоил от других медицинских работников, отрицательные переживания и дальнейшее дисфункциональное поведение могут стать реальностью пациента. Эти идеи и предложения направляют поведение и могут стать самоисполняющимися пророчествами. Таким образом, необходимо запечатлеть лишь предложения, которые связаны с позитивными ожиданиями и конструктивным поведением

Тщательно подбор слов

Внушение в трансе является языковой транзакцией (Ewin, 2009; Zarren&Eimer, 2002). В повседневной беседе слова и ярлыки, которые люди используют для обозначения и описания своего опыта, влияют на их ожидания, чувства, поведение, а также на то, как они справляются и действуют в результате этого опыта (Watzlawick, 1993). В терапевтических и криминалистических условиях слова и ярлыки могут быть еще более влиятельными. И сила слова с точки зрения их влияния на опыт объекта нигде не является более значимой, чем при использовании гипноза.

Как указывал Эвин (2009): «Мы лечим людей словами. Они наша фармацевтика.  То, что мы говорим, то, что мы опускаем, и то, как мы говорим, очень важно». Например, разговор об уменьшении боли имеет иное значение, чем предложения об снижении дискомфорта или повышении комфорта. Например, внушение пациенту, что «вы не будете испытывать столько боли», вероятно, будет поняты подсознательным разумом, как «вы будете чувствовать не такую сильную боль».

Должны быть высказаны предложения, которые будут приняты пациентом, в форме, в которой он может их понять. Таким образом, важно говорить на языке пациента. Если врач использует речевые конструкции, не доступные для понимания клиента, это может привести к неспособности достичь взаимопонимания и проделать совместную терапевтическую работу(O’Hanlon, 2009; Zarren&Eimer, 2002).

Роль психодинамических и личностных факторов в создании и поддержании симптомов

Человек, имевший опыт алкоголизма, который воздерживался в течение шести лет, пошел к гипнотерапевту, чтобы бросить курить. После двух сеансов прямого внушения при гипнозе он бросил курить, но снова начал пить. Другая женщина пошла к гипнотерапевту, чтобы также бросить курить. После одного сеанса эта избавилась от этой привычки. Однако она начала переедать и набрала 30 фунтов за девять месяцев.

Другая дама с паническим расстройством в анамнезе обратилась за помощью для избегания панических атак. Специалист использовал прямое внушение и когнитивно-поведенческую психотерапию, чтобы помочь ей овладеть «навыками совладания». Пациентка освоила позитивный разговор с собой, положительные утверждения, прогрессивное расслабление мышц и контролируемое диафрагмальное дыхание. После нескольких месяцев лечения она сильно заболела. После попытки самоубийства была госпитализирована.

Во всех трех предыдущих случаях терапевты сосредоточились исключительно на подавлении симптомов или их облегчении с помощью прямого внушения или КПТ, не обращаясь к психодинамическим и личностным корням проблемы. Во всех трех ситуациях это привело к развитию различных замещающих симптомов.

Медицинский словарь Стедмана (2006) определяет замену симптома как «бессознательный психологический процесс, посредством которого подавленный импульс косвенно проявляется через определенный симптом, тревогу, принуждение, депрессию, галлюцинацию, одержимость». Очевидно, что бессознательные психологические процессы, лежащие в основе проблемы пациента, должны быть идентифицированы, чтобы достичь благоприятных долгосрочных результатов.

Как обсуждалось в работах Милтона Эриксона, симптом является решением. Таким образом, во многих случаях клиницисту необходимо раскрыть фиксированные идеи пациента, внутренние и межличностные конфликты, чтобы выяснить, какие основные проблемы решают представленные симптомы. Когда пациент разрушает зафиксированную идею, сознательную или бессознательную, даже если она вредна, то появляется беспокойство (Ewin, 2009; Ewin&Eimer, 2006).

Вот почему зачастую недостаточно полагаться исключительно на прямое внушение при гипнозе, которое направлено исключительно на то, чтобы помочь пациенту избавиться от неприятных симптомов, не раскрывая основополагающую проблему пациента. Как только критическая идея была идентифицирована с помощью таких методов, как инсайт-терапия и гипноанализ, она может быть заменена (то есть перефразирована). Поэтому необходимо, чтобы врач оценивал психодинамические и личностные корни проблемы, и направлял усилия на ее разрешение. (Ewin&Eimer, 2006; Hunter&Eimer, 2012; Zarren&Eimer, 2002).

Качественный раппорт с пациентом

Упоминаемое здесь означает достижение и поддержание хорошего отношения с клиентом. Напомним, что гипноз – это серия транзакций, основанных на доверии. И, если нет доверия, то нет и транзакции. Хорошее взаимопонимание является необходимым компонентом лечения. Раппорт развивается, когда врач привлекает внимание, хорошо слушает, формирует точное понимание мнения пациента на проблему.

Заррен и Эймер (2002) пишут о «сознательном использовании сущности терапевта», что означает оставаться осведомленным и эффективно управлять осознанием себя. Как объясняют авторы, «сознательное использование себя» требует от клинициста постоянных сознательных усилий для осознания собственных спонтанных рефлексивных (бессознательных или предсознательных) эмоциональных реакций на поведение пациента. Zarren и Eimer (2002) указывают, что, поддерживая постоянную осведомленность о собственных неосознанно и подсознательно генерируемых реакциях, врач сможет реагировать на происходящее адекватным образом.

Врачу необходимо знать о риске возникновения проблем и наблюдать за клиентом непредубежденно. Необходимо, чтобы терапевт оставался нейтральным и не реагировал эмоционально на проблемы пациента. Нейтральная позиция, скорее всего, будет способствовать эмпатии и пониманию пациента в используемых им идиомах.

Культурная чувствительность также важна в этом отношении. Слова не означают одно и то же для всех людей.В контексте психотерапии написано о «терапевтическом резонансе» и особых эмпатических качествах врача, которые делают возможным раппорт с пациентом. Эвин (2009) указывает, что хороший гипноз – это полноценное взаимодействие с клиентом, когда клиницист подстраивается под тон голоса и выбирает подходящие слова.

В литературе по эриксоновскому гипнозу подчеркивается важность достижения взаимопонимания путем сопоставления вербального и невербального поведения пациента, адекватной стимуляции клиента и его направлении на соучастие в процессе (Havens, 2005). Неадекватная мотивация пациента может привести к неспособности установить и поддерживать раппорт, невозможности вызвать хороший транс и отклонению предложений врача.

Назначение конечной точки внушения

Предложения по сенсорным изменениям, таким как анальгезия или анестезия, часто следует формулировать с четкими конечными точками их действия. Например,анальгезия должна продолжаться только до тех пор, пока рана не заживет или в начальный период после операции. Для пациентов, испытывающих длительные трудности в результате отсутствия такой конечной точки, простое предложение, такое как «В то время это была хорошая идея, но теперь, когда вы исцелилась, она вам больше не нужна», часто может устранить проблему.

Должное выведение из транса

Kluft (2012) пишет о проблеме неспособности адекватно вывести из транса загипнотизированного объекта. Такое может происходить как в образовательных, учебных, так и в клинических ситуациях.Конечно, такое явление также может происходить в криминалистической обстановке.

Когда с объекта не был должным образом снят транс, это может привести к тому, что он ощущает себя уставшим,«затуманенным», дезориентированным, диссоциированным, уязвимым, тревожным, чрезмерно эмоциональным.По сути, неполное снятие транса сводится к неспособности использовать соответствующим образом директивные методы повторного оповещения (Kluft, 2012), неадекватной оценки состояния пациента, пренебрежение необходимостью удаления некоторых предложений, данных во время транса (Ewin, 2009).

Автор сделал своей практикой регулярные проверки своего пациента, чтобы оценить их уровень бдительности и ясности ума после выведения их из транса. Будет полезным, если только что выведенный из транса клиент снова закроет глаза, чтобы врач мог заново его проинструктировать. Как правило, после такого мероприятия пациенты сообщают, что они чувствуют себя намного бодрее, ощущают мысли, контролируют свои чувства.

Другой полезный метод заключается в том, чтобы использовать всеохватывающее предложение об уничтожении, которое прямо говорит пациенту, что, когда он откроет глаза, то будет психически чист.

Заключение

Гипноз – это инструмент психотерапевтического вмешательства, который может обеспечить более быструю и эффективную гамму психологических и медицинских процедур (Zarren&Eimer, 2002). Его также можно выгодно использовать с некоторыми свидетелями, потерпевшими и обвиняемыми в криминалистических и следственных целях в качестве инструмента сбора данных (Wester&Hammond, 2011).

Как и с любым другим инструментом, его использование влечет за собой некоторые риски. Поскольку рисков нельзя полностью избежать, существуют способы минимизации непреднамеренных рисков, неблагоприятных или негативных последствий в результате использования гипноза. Принимая во внимание, что хороший гипноз подразумевает сопереживание клиенту, гипнотерапевт должен обратить внимание на то, как строятся отношения и проводится лечение.

Непреднамеренные негативные последствия гипноза различаются по степени тяжести. Среди наименее нежелательных эффектов является то, что пациент просто не реагирует на гипноз или чувствует себя отчужденным. Однако серьезные негативные последствия могут включать непреднамеренную подготовку пациента к ненужным эмоциональным страданиям, травмирование или повторное травмирование, заблуждения или сбой проводимой психотерапии или другого клинического лечения,невозможность осуществить правосудие в судебно-правовой сфере. Такие проблемы редко возникают из-за использования самого гипноза, а скорее являются следствием ненадлежащего применения техники и некомпетентности клинициста.

Gruzelier (2000) писал, что «ответственное современное научное отношение должно заключаться в том, чтобы признать, что неблагоприятные последствия гипноза действительно существуют, информировать о них всех практиков, ввести меры предосторожности, чтобы минимизировать их вероятность, и рассмотреть механизмы, лежащие в их основе».

Знание – это сила, если оно используется надлежащим образом. Гипноз может быть мощным инструментом, который способен облегчить лечение в различных областях здравоохранения, а также клиническую и судебную оценку. Существует большая разница в подготовке медицинских работников, которые используют гипноз в своих конкретных дисциплинах (например, психология, медицина, уход за больными, стоматология, клиническая социальная работа, злоупотребление психоактивными веществами), а также огромный спектр условий, в которых используется данный метод. Поэтому иногда полезно вернуться к основам гипноза и управления рисками.

ПОДПИШИСЬ НА ГРУППУ ВКонтакте посвященную тревожным расстройствам: фобии, страхи, навязчивые мысли, ВСД, невроз.